Show Less
Restricted access

Across Borders: Essays in 20th Century Russian Literature and Russian-Jewish Cultural Contacts. In Honor of Vladimir Khazan

Series:

Edited By Lazar Fleishman and Fedor B. Poljakov

The volume consists of 27 essays dedicated to Vladimir Khazan, the leading specialist in Russian-Jewish relationship and in the study of 20th century Russian literature. The essays deal with Blok, Bely, Akhmatova, Babel, Jabotinsky, Remizov, and Nabokov. The volume introduces unknown documents and facts that elucidate new aspects of Polish-Russian, German-Russian, Russian-Baltic, and Russian-French literary contacts, reveal unknown details about post-Stalinist Soviet "samizdat" and the story of publication of Pasternak’s "Doctor Zhivago". Among the contributors are such distinguished scholars as Konstantin Azadovsky, Oleg Budnitskii, Stefano Garzonio, Mirja Lecke, Leonid Livak, Magnus Ljunggren, Paolo Mancosu, Piotr Mitzner, Boris Ravdin, and Roman Timenchik

Show Summary Details
Restricted access

Cудьба архива И.А. Бунина: мифы и реальность

Extract

1

Ирина Белобровцева

Таллиннский университет





Исследователь, работающий над реконструкцией биографии той или иной исторической личности, неизбежно соприкасается с окружающими эту личность мифами, чаще всего с мифом биографическим, возникшим в результате интерференции нескольких источников с разнонаправленными векторами, которые нуждаются в дешифровке уже хотя бы в силу своей противоречивости. Подобные мифы могут быть мифами корыстными и бескорыстными (в терминологии Я.А. Гордина), мифами на уровне государственном и на уровне личностном и т.д.

В настоящей статье речь пойдет об изрядно мифологизированном сюжете «судьба архива И.А. Бунина». История архива была подробно изложена при составлении каталога собраний И.А. Бунина (РАЛ MS. 1066), В.Н. Буниной (РАЛ MS. 1067), Л.Ф. Зурова (РАЛ MS. 1068) и Е.М. Лопатиной (РАЛ MS. 1069) в Лидсском университете.2 И все же «описание этой истории в полном объеме, с учетом всех главных и периферийных ее сюжетов, переплетенных между собой и образующих сложный, многоходовый и многослойный роман, еще ждет своего летописца».3

Этап I: И.А. Бунин решает судьбу архива

История «невозвращения» архива на родину еще в начале 1990-х гг. была изложена А.К. Бабореко. Однако, сообщив всё то, что касалось его ←535 | 536→собственных мытарств в советских идеологических коридорах, А.К. Бабореко в происходящем с архивом, во-первых, осведомлен далеко не точно, а во-вторых, нередко делает выводы в пользу заранее заданной концепции: архив Бунина должен быть возвращен на родину согласно воле самого писателя. Так, цитируя июньское письмо Бунина 1951 г. Алданову, Бабореко приходит к выводу, что «Бунин в течение последних лет, когда позволяло время, готовил свой архив для передачи Колумбийскому университету», пообещав передать некую часть документов Б.И. Николаевскому в начале осени.4 Но ни осенью 1951 г., ни в следующем году никаких посылок Николаевскому не было.

Опираясь на неназванные источники, Бабореко считал, что «разбирала архив Ивана Алексеевича и Вера Николаевна, ей помогала Т.И. Алексинская. Делали они эту работу в декабре 1952 года и в январе 1953 года».5 Это, однако, опровергается письмом В.Н. Буниной Л.Ф. Зурову, датированным мартом 1953 года:

You are not authenticated to view the full text of this chapter or article.

This site requires a subscription or purchase to access the full text of books or journals.

Do you have any questions? Contact us.

Or login to access all content.