Show Less
Restricted access

Slavische Geisteskultur: Ethnolinguistische und philologische Forschungen. Teil 1- Славянская духовная культура: этнолингвист ические и филологическ ие исследования. Часть 1

Zum 90. Geburtstag von N.I. Tolstoj- К 90-летию со дня рождения Н.И. Толстого

Series:

Anatolij A Alekseev, Nikolaj P. Antropov and Anna Kretschmer

Der erste Band der Wiener Konferenz (2013) anlässlich des 90. Geburtstages von Nikita Il’ič Tolstoj († 1996) zur traditionellen Volkskultur und zur Sprachgeschichte der Slavia Orthodoxa, den beiden Hauptsträngen der Forschungsarbeit des bedeutenden Moskauer Philologen, enthält die ethnolinguistischen Beiträge seiner Kollegen, Mitarbeiter und Schüler sowie Materialien zu seiner Person und seinem Werdegang. Die versammelten Beiträge dieses Bandes sind in slavischen Sprachen verfasst.
Первый том конференции в Вене (2013 г.), приуроченно й к 90-летию со дня рождения Н. И. Толстого († 1996) и посвященной традиционно й народной культуре славян и языковой истории Slavia Orthodoxa, двум главным направления м исследовани й выдающегося московского филолога, включает в себя работы его коллег, сотрудников и учеников по этнолингвис тике, а также мемуарные и биографичес кие материалы.
Show Summary Details
Restricted access

С. М. Толстая (Москва) - Клятва и проклятие в языке и культуре

Extract

| 215 →

С. М. Толстая (Москва)

Клятва и проклятие в языке и культуре

В русском языке клятва как действие (вербальный акт) и как результат этого действия (вербальный «продукт») имеет два основных значения: во-первых, это особое обещание с акцентом интенсивности и торжественности (клянусь служить Отечеству); во-вторых, это уверение в истинности сказанного (клянусь, что это правда). Но если мы обратимся к пол. klątwa или серб. клетва, продолжающим то же самое праславянское слово *klętva, то они означают отнюдь не ‘клятва’, а ‘проклятие’, т. е. пожелание зла адресату (ср. благопожелание как пожелание добра). Как объяснить совмещение этих разных понятий в одной единице праславянского лексикона? Почему действие «клясться (приносить, давать клятву)» выражается в славянских языках глаголом *klęti (sę), означающим буквально «проклинать себя», а сама клятва может пониматься как «самопроклятие»? Для того чтобы это объяснить, придется обратиться не только к данным языка, но и к малым фольклорным формам, и далее к области этнографии, к языку и ритуалу древнего славянского права. Рассмотрим последовательно эти три уровня: 1. язык (*klętva и *klęti (sę) – семантика и прагматика), 2. фольклор («малый» жанр проклятий), 3. ритуал (народное правосудие).

1. Язык

You are not authenticated to view the full text of this chapter or article.

This site requires a subscription or purchase to access the full text of books or journals.

Do you have any questions? Contact us.

Or login to access all content.